< >Новости мира


Главная » Общество » Экс-замминистра ЖКХ Подмосковья Гусев умер в СИЗО на прогулке

Экс-замминистра ЖКХ Подмосковья Гусев умер в СИЗО на прогулке

Вторник, 22 Ноябрь, 2016 года
Просмотров: 221
Комментариев: 0

В московском СИЗО умер экс-замминистра ЖКХ Подмосковья 52-летний Владимир Гусев, арестованный по подозрению в хищении и растрате. И следствие, и судья прекрасно знали, что человек этот, откровенно говоря, не жилец: слишком уж много у него было тяжелых заболеваний. Но срок ареста ему продлевали и продлевали до того самого момента, пока заключенный не упал бездыханным прямо во время прогулки на крыше СИЗО.


фото: youtube.com

Что это — жестокость? Нашей правоохранительной системе нужны признание и раскаяние, пусть ценой самой смерти?

«Вор должен сидеть в тюрьме. Будет сидеть. Даже если тяжело болен. Даже если прямо там и умрет». Так сегодня понимают органы следствия слова героя легендарного фильма «Место встречи изменить нельзя» Глеба Жеглова. Они уверены: лучше уж человек скончается в СИЗО, чем рисковать, что он, не дай бог, сбежит или откажется от сделки со следствием, дожидаясь приговора на воле.

Вот и Гусев скончался… Бывший заместитель министра Подмосковья был задержан еще в конце января 2016 года по подозрению в хищении 5 миллионов рублей (эти деньги якобы были переведены со счета одной из теплосетей на счета фиктивных фирм). Следствие возбудило против него уголовное дело по части 4 статьи 160 УК РФ «Присвоение или растрата в особо крупном размере» в феврале 2016 года. Суд постановил избрать ему самую жесткую меру пресечения с учетом того, что чиновника поймали в аэропорту Пулково, откуда он собирался улететь в Израиль. 1 февраля Гусева доставили в СИЗО №4 («Медведь»), где и выяснилось, что у него целый букет тяжелых заболеваний, включая сахарный диабет, ишемию, гипертонию, стенокардию, кардиосклероз. Причем риск сердечно-сосудистых осложнений установлен как «очень высокий». Заключенный постоянно жаловался на боли в груди, и медики СИЗО ходатайствовали сами о его освобождении, но суд все время продлевал арест. В апреле экс-замминистра вывезли наконец в ГКБ №20, где проходят освидетельствование самые больные арестанты на предмет наличия или отсутствия у них недугов, препятствующих содержанию под стражей. Медкомиссия пришла к выводу, что, несмотря на плохое состояние заключенного (а это состояние она полностью подтвердила), в СИЗО находиться он может. 9 ноября, когда его вывели на прогулку на 7-й этаж (там на крыше нового корпуса располагаются прогулочные дворики), он схватился за стенку, вздохнул и упал.

Читайте также:  В США за 6 лет арестовано более 30 тысяч детей младше 10 лет

Прибывший через несколько минут фельдшер попытался реанимировать его. «Скорая» приехала в 9.20 и констатировала смерть Гусева от острой сердечной недостаточности. «Я присутствовал во время вскрытия, — говорит начальник медчасти СИЗО №4 Александр Кравченко. — У него сосуды и сердце как будто были хрустальными».

Из более чем трех десятков (в числе которых был Гусев) больных заключенных этого изолятора, подавших в нынешнем году прошение о таком обследовании, медкомиссия ГКБ №20 одобрила освобождение только трех человек. По факту освободили лишь одного!

«Наверное, в момент освобождения он был уже мертвый», — грустно шутят арестанты с третьей стадией рака, перенесшие инсульты и инфаркты, которым медкомиссия отказала.

А незадолго до случая с Гусевым судья Мещанского суда приговорила к реальному сроку умирающего директора компании Михаила Чемодурова, которому вменяли заключение нескольких фиктивных сделок. Даже тюремные врачи, которые намучились с Чемодуровым (трижды в неделю они вывозили его под конвоем на гемодиализ), были потрясены этим решением. Следствие и суд тем самым отрезали всем фигурантам дела пути к отступлению, поставив их перед моральным выбором: или жизнь Чемодурова, или вы соглашаетесь с приговором. Есть два постановления правительства, №3 и №54: в одном указан перечень заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, а во втором — перечень недугов, препятствующих отбыванию наказания. Люди, которых уже осудили, но которые с этим не согласились и подали апелляцию, не подпадают ни под тот, ни под другой реестр. Они выпали из правового поля. Чемодуров и его подельники оказались в одном уголовном деле. Им так и сказали: если подадите апелляцию, Чемодурова нельзя будет актировать по постановлению правительства №54, и он умрет, не дождавшись решения апелляционной инстанции. Все фигуранты дела сделали выбор в пользу жизни бизнесмена.

Читайте также:  Путин анонсировал разработку ударных комплексов прорыва любой ПРО

Тяжелая болезнь заключенного стала предметом торга для следствия. «Признаешься во всем — у тебя есть шанс выжить, а нет — сдохнешь на бетонном полу», — прямо так и заявил следователь одному из арестантов. Вот в том же СИЗО №4 не смог выйти на свободу совершенно слепой человек. Его актировали по постановлению №54 как уже осужденного, а следователь завел новое дело по другому эпизоду. А раз новое уголовное дело — нужно новое медосвидетельствование.

Почему вообще следователи стали решать — кому лечиться, а кому умирать? Почему суд идет у них на поводу? Три года назад в «Лефортово» правозащитники нашли онкобольную Юлию Ротанову. Тогда они добились, чтобы женщине изменили меру пресечения, выпустили ее на волю до суда. На днях состоялся процесс. «Ротанова проведет в колонии 6 лет». Ротанова — та самая женщина, которую, по мнению правозащитников, посадили вместо Васильевой (она проходила по делу «Оборонсервиса», оказалась «стрелочницей»). Рассчитывать на то, что ее ждет фантастически быстрое условно-досрочное освобождение, как это случилось с Васильевой, ей не приходится. А что такое человек с раком в нашей тюрьме? Это почти что смертный приговор.

Читайте также:  Но ведь советские курды не были уничтожены полностью даже Сталиным

Что можно сделать? Уточнить перечень заболеваний по обоим постановлениям. Прописать отдельно случаи, когда человек уже не под следствием, но приговор еще не вступил в силу (подана апелляция, кассация), или когда он одновременно и осужденный, и подследственный. А главное — запретить любое вмешательство следователя в процесс актировки человека.

Поделись с друзьями, расскажи знакомым:


Оцените, пожалуйста, статью, я старался!
Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (Еще нет голосов, оставьте первым)
Загрузка...
КОММЕНТАРИИ

Комментариев пока нет.

  • Оставить комментарий
     
    Имя