< >Новости мира


Главная » Общество » Страшный женский флэшмоб в сети: откровения жертв сексуального насилия

Страшный женский флэшмоб в сети: откровения жертв сексуального насилия

Пятница, 8 Июль, 2016 года
Просмотров: 268
Комментариев: 0

По социальным сетям гуляет страшный флэш-моб: женщины публично признаются в том, как стали жертвами сексуальных домогательств и насилия со стороны мужчин. Инициатор — украинская журналистка Анастасия Мельниченко, которая рассказала на страничке в Facebook о своем опыте встреч с потенциальными и состоявшимися насильниками. В конце исповеди она попросила всех, кто найдет в себе силы, сделать то же самое. Чтобы те, кто с этим столкнулся, поняли, что они не одни. «Я хочу, чтобы сегодня говорили мы, женщины. Чтобы мы говорили о насилии, которое пережили большинство из нас. Я хочу, чтобы мы не оправдывались «я шла в «спортивках» среди дня, а меня все равно поймали». Потому что нам не надо оправдываться. Мы не виноваты, виновен всегда насильник. Я не боюсь говорить. И я не чувствую себя виноватой» Это вызвало такую волну жутких и сокровенных признаний, что накрывает с головой.


фото: Александр Корнющенко

Достаточно ввести в facebook хэштег #янебоюсьсказать – и перед вами разверзнется бездна страшных женских откровений. Большинство – родом из детства. Вот, например, такое: «Меня изнасиловали, когда мне было 12 лет, два соседских мужика, которые знали меня не один год, здоровались за руку с моим отцом, здоровались с моей мамой, угощали меня шоколадкой. А потом зашла в лифт, поздоровалась с ними. На пятом этаже они зажали кнопкой стоп лифт — так как это было возможно еще тогда, кнопка немного вдавливается и отводится в сторону. После чего меня ударили и сказали, что если я буду орать — я никогда из этого лифта уже не выйду. Меня изнасиловали. Потом лифт доехал до 6-го этажа и меня скинули с лестницы в пролет. У меня была сломана нога, 3 ребра и выбиты три зуба. Мобильных тогда не было, поэтому как-то мне пришлось доползти вниз по лестнице и постучать в одну из дверей. Там уже вызвали скорую, моего отца и т.п. У них обоих есть дочери, чуть старше меня. Наверняка они тоже подвергались насилию, я в этом уверена больше, чем полностью».

Очень странно и страшно видеть в своей ленте посты от однокурсниц, коллег, подруг по школе, которые рассказывают о том, о чем у нас принято молчать.

«Когда мне было 19, меня изнасиловал друг семьи моей подруги. Я никогда не забуду его лицо над собой. И его звонки, и взгляды на улице, и как надо было давить из себя «привет». Потому что ничего не было, потому что ничего не могло быть. Это первый, но не последний раз, когда МНЕ было стыдно, жутко, мерзко, отвратительно, страшно. Я не хочу, чтобы вы меня сейчас пожалели, я хочу, чтобы это остановилось. Чтобы мы научили своих девочек, что она и только она может распоряжаться своим телом. Чтобы мы научили своих мальчиков, что её желание так же важно, как и его, иначе — это преступление. Я ужасно горжусь каждой, кто говорит об этом сейчас. И горжусь собой. Я так долго об этом молчала».

Мне повезло — я никогда не сталкивалась с насилием, хотя в ранней и не очень ранней юности проводила время в весьма сомнительных компаниях. Но после прочтения сотен историй под хэштегом #янебоюсьсказать я не очень уверена в том, что не сталкивалась. Мне 13, я иду по торговым рядам в нашем спальном районе и, пока мама присматривает мне джинсы, один из продавцов улыбается и щипает меня за грудь. Мама ничего не замечает. В 16 лет мы с подружкой идем в небольшой, но довольно известный театр. Опаздываем на спектакль, в фойе сталкиваемся с пожилым руководителем, он говорит, что в зал уже не пустят, но мы можем посмотреть первое действие из режиссерской комнаты с обзором на сцену. Наливает шампанское, угощает абрикосами, гладит по плечу. Я скидываю руку, но уйти боюсь, весь спектакль сижу в напряжении, в конце молча встаю и ухожу. Год назад везу в коляске двоих детей по Красной Пресне, к нам вплотную подходит мужчина, расстегивает штаны и начинает мастурбировать. Я точно знаю, что не виновата, в том, что произошло, но почему-то вспоминать эти эпизоды стыдно именно мне, — но едва ли тем мужчинам. И я точно знаю, что так быть не должно.

Читайте также:  Якутского "шамана" Габышева невменяемым не признавали

Публичные приставания, скользкие фразы настолько прочно вошли в нашу жизнь, что это не считается чем-то из ряда вон. Между нами, девочками, не считается. Мне иногда кажется, что мужчины живут в другом, параллельном мире. Вроде бы все слышат в новостях о том, что кто-то где-то кого-то изнасиловал, но не примеряют это на свое окружение. Мой друг, например, очень удивился, когда однажды соседка с пятого этажа отказалась ехать с ним в лифте, пробормотав, что поедет на следующем. Мы потом уже узнали, что за неделю до этого, в нашем же лифте на нее напал малознакомый мальчик из соседней дворовой компании. Не изнасиловал в том смысле, в котором мы понимаем это слово, но, как пишут в полицейских сводках, «совершил действия сексуального характера». Всей гурьбой мы уговаривали ее написать на него заявление в милицию. Она тогда сказала: «Он пригрозил, что если я это сделаю, то он всем расскажет, как выглядит то, что у меня в трусах». И она молчала, и мы все молчали и вообще постарались забыть эту историю, а ее насильник периодически приходил в нашу компанию, здоровался за руку с парнями и подмигивал ей.

Меня поразила мысль, которую озвучила в facebook моя однокурсница Настя Каримова: «Однажды я ночевала у приятеля. Было за полночь, когда он вспомнил, что в доме закончилась питьевая вода, оделся и пошёл в магазин. Я была в шоке — насколько уже привыкла к тому, что для меня, как для женщины, существует комендантский час. А мужчина может просто взять и пойти в магазин, когда ему удобно. И никто не будет ему улюлюкать вслед, не прижмёт к стене, не попытается затащить в машину в хорошем районе Москвы. Все, кто считает, что харрасмент, домогательства, попытки изнасилования льстят женщинам — идите к чёрту, придурки».

Когда мне предстоит возвращаться домой после 9 часов вечера, я всегда беру с собой газовый баллончик. При подходе к дому перекладываю его в карман и держу палец на кнопке распыления. Мое напряжение в момент захода в подъезд так велико, что если кто из соседей резко шагнет мне навстречу, я автоматически брызну ему в лицо. Если я — о, ужас! — забыла баллончик дома, в ход идут ключи. А еще я иногда делаю вид, что набираю номер телефон и громко говорю мужу, что уже подхожу и чтобы он встретил меня у лифта. Я думала, я одна такая, но нет — оказывается, тысячи девушек прекрасно знают, как правильно сжать самый длинный ключ между пальцев, чтобы в случае нападения он сыграл роль колющего орудия.

Это знает Саша Боярская, чей рассказ отозвался у меня в самом сердце: «…ситуаций было достаточно, и чем взрослее я становлюсь, тем проще мне становится выключить смех, из-за которого моё твёрдое «нет» звучит для кого-то неубедительно. Но это сейчас, когда я взрослая и уверенная в себе девушка, молодая женщина, когда я знаю, как за себя постоять. Или мне кажется, что знаю. Потому что я иду от метро после 11 вечера всё с теми же ключами, зажатыми между пальцами, и никогда не смотрю мужчинам в глаза в позднем транспорте, иду быстрее или пропускаю вперед того, кто идёт за моей спиной и стараюсь остановиться и позвонить близкому человеку, если рядом ночью тормозит машина. Я открываю дверь подъезда так быстро, как только могу, и закрываю её за собой, не дожидаясь доводчика, и только заперев за собой дверь квартиры, я выдыхаю и всегда хочу написать Андрею смс о том, что я дома – потому что я только что, каждый раз, когда поздний вечер, спаслась. Это очень сложно объяснить мужчине, и я точно знаю, что меня поймут все девушки в моей ленте».

Читайте также:  Выходит новый эпизод сериала "Друзья"

Журналистка описывала в ЖЖ случай из детства. «Мне было лет пять, когда мы с мамой ехали куда-то загород на электричке. На одной из остановок к нам вошел мужчина и сел прямо напротив меня. Мы с мамой рядом на скамеечке и он напротив – коленки к коленкам. Я еще тогда удивилась – ведь вокруг так много свободных мест! Он разложил на коленях газету, начал читать и при этом как-то на меня так посматривал, что я постоянно крутилась и нервничала, преувеличено громко разговаривала, мама меня одергивала, так продолжалось довольно долго. Потом у меня развязался шнурок на ботинке, я наклонилась завязать и там и застыла. Под газетой у мужчины было что-то, что я сначала приняла за опухший больной палец – тем более, что он держал это в руке и осторожно поглаживал. И медленно-медленно, из каких-то глубин подсознания до меня дошло, что это такое. И даже – зачем. Я поднялась вся зеленая: мужчина смотрел на меня уже веселее и даже подмигнул. Я дернула маму и попросила пересесть. Мама удивилась. Мама не собиралась бегать по вагону из-за каких-то дурацких капризов. Она спрашивала, почему я хочу пересесть. Она проверила, не дует ли из окна, не вспотела ли я. Из окна не дуло. Мужчина вежливо и внимательно смотрел прямо на меня и внимательно слушал. Одна рука у него была под газетой. Я попросила прошептать ей на ухо. Мама оглянулась на мужчину: ей было неловко перед таким милым человеком, что у нее такой капризный, скандальный и невоспитанный ребенок. Она решила ни в коем случае не поддаваться на подобные закидоны и сказала, что неприлично шептаться там, где больше двух людей. Еще около часа мы ехали с этим мужчиной – коленки к коленкам. На нашей остановке он вышел вместе с нами, предложил проводить – вокруг так темно и нам надо идти через лес, опасно это для женщины с маленьким ребенком. Мама была ему очень благодарна: видимо, ей и правда было страшно, а наш попутчик был такой приятный, милый и заботливый. Я от ужаса уже только подвывала и волочила ноги. Но мама не успела ничего мне сказать, потому что внезапно на нас наскочила толпа наших знакомых, они решили всей компанией встретить нас с электрички – потому что темно, лес и все такое. Тот мужчина куда-то испарился совсем без следа. Мама до сих пор не знает о той ситуации».

С одной стороны, вышеописанные истории — цветочки. Все живы и относительно здоровы. Но они приводят к страшным последствиям, к тому, что есть категория людей, которая считает: что бы мы не сделали, мы останемся безнаказанными. Иначе почему их жертвы молчат? Возможно, потому что им это нравится? В старших классах школы всегда есть стайка парней, которые отпускают скабрезные шутки и лезут девочкам под юбки. Принято, что такие действия должны льстить, мамы и бабушки в один голос твердят: «Это они так ухаживают». Возможно, большинство мальчишек устыдятся своего поведения, когда вырастут, но всегда найдутся те, кто спроецирует отсутствие негативной реакции на дальнейшую жизнь. Не факт, что они будут затаскивать незнакомых женщин в подворотни, но легко могут устроить своей официальной возлюбленной такой ад, что мало не покажется.

Читайте также:  Полоумный блогер Вольнов – лицо «евроукров»

«Мне только исполнилось 15, я выглядела взрослее, о сексе я знала из классической литературы и совершенно им не интересовалась. Меня изнасиловал знакомый мальчик, ему было 19 лет, у нас было что-то вроде подросткового романа с поцелуями. Но меня пугало то, как он себя странно вел, и я решила сказать ему об этом. С тех пор я знаю много вещей: что кричать не получается, потому что что-то происходит с горлом и просто не выходит звук, что заломать женщину так, что она не пошевелится, довольно легко даже одному физически неслабому мужчине. Что с первого раза можно «залететь». Что аборты нельзя запрещать никогда и никому. Что никто не поверит, включая мою мать («ну мы думали, что ты можешь быть беременна, ты тогда так резко поправилась»). Что по статистике я каждая третья в России…»

Несколько лет назад я писала материал про женщину, которая в метро схватила за руку мужчину, залезшего ей под юбку, и лично отволокла ее в отделение милиции. Кто-то ей посочувствовал? «Что ж ты в метро ездишь, раз такая недотрога? Брала бы такси!» — орал на нее попутчик в присутствии полицейских. Те отводили глаза. Камер нет, свидетелей нет, а значит привлечь к ответственности распустившего руки они не могут. А если и смогли бы, максимум, что ему бы грозило штраф от 500 до 1000 рублей или административный арест сроком до 15 суток.

Молчание окружающих – это страшно. Есть показательный социальный ролик, где мужчина везет беременную жену в роддом, и нерожденная пока дочь рассказывает ему о том, что ее ждет в жизни. Что в 21 год ее изнасилует в такси сын их соседа, с которым папа регулярно ходит в бассейн. Папа вспомнит, что тот самый сосед, будучи подростком, громче всех обзывал знакомых девчонок шлюхами и вслух фантазировал, как и что он с ними бы сделал в постели. Все остальные ребята из компании, включая героя сюжета, молча посмеивались, не решаясь пресечь все эти пошлости. В будущем его сын, выросший на этих шутках, не видит никаких запретов и это приводит к изнасилованию. Дочь просит папу: «Пожалуйста, не позволяй моим будущим братьям называть девочек проститутками. Потому что это не так. Но однажды какой-нибудь маленький мальчик может подумать, что это правда. Не поддерживай пошлых шуток странных приятелей, даже если они твои друзья. В каждой шутке есть доля правды. Дорогой папа, я знаю, ты защитишь меня от тигров, львов, ружей, машин. Но милый папа, помни, что я родилась девочкой, позаботься о том, чтобы это не стало самой большой опасностью моей жизни.»

Мы привыкли, что флешмобы в соцсетях – это всегда о позитивном, как минимум забавном. Но эта страшная акция всколыхнула столько потаённого и спрятанного глубоко внутри, что истории множатся со скоростью света. И очень важно, чтобы об этом говорили, чтобы слушали, чтобы не отмахивались. В первую очередь мужчины.

https://novostimira24.ru/

Поделись с друзьями, расскажи знакомым:


Оцените, пожалуйста, статью, я старался!
Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (Еще нет голосов, оставьте первым)
Загрузка...
КОММЕНТАРИИ

Комментариев пока нет.

  • Оставить комментарий
     
    Имя